Почему российская нефть такая дорогая?

Перспектива второй волны коронавируса и, как следствие спад спроса оказывает существенное давление на нефть в Европе. Дифференциация снижается, поскольку большинство нефтеперерабатывающих заводов эксплуатируют свои дистилляционные установки, по крайней мере, на 15-20% ниже номинальной мощности и могут упасть еще ниже, если некоторые из них решат перейти в незапланированную спячку в зимнее время. Тем не менее, если есть одна основная тенденция, которая бросила вызов слабому рынку закупок 2020 года, то это тенденция дорогого Urals, фактически самого дорогого из всех, которые рынок видел в 21-м веке. Российские нефтяные компании, побуждаемые соблюдать условия соглашения ОПЕК + и одновременно призывая федеральное министерство финансов держать цены на нефть марки Urals на уровне, приемлемом для государственного бюджета (безубыточность в 42,4 доллара за баррель), пошли по единственно мыслимому пути — сократить как производство, так и экспорт.

График 1. Urals Mediterranean и Urals Rotterdam (Baltic) vs Dated rent в 2020 г. (долл. США за баррель)

Если посмотреть на разницу цен на нефть марки Urals в этом году, за исключением одного чрезвычайно волатильного ценового периода в апреле-мае, в течение 2020 года нефть марки Urals была на одном уровне с Dated Brent, если не выше. Более трех месяцев подряд (май — июль) Urals в странах Балтии торговалась выше датированной даты, что является беспрецедентным подвигом в современной истории. Для небольшой хронологической справки давайте посмотрим, как менялись спрэды Brent-Urals за последние годы, особенно с учетом сокращения добычи ОПЕК + с 2018 года.  Видно, что Прибалтику всегда сбрасывали со счетов в Средиземном море — следствие того, что из Приморска и Усть-Луги выкачивали гораздо большие объемы.

Возможно, удивительно, но одним из следствий сокращения Россией добычи, будь то первая фаза сокращений ОПЕК +, согласованная в Вене в конце 2017 года, или резкое сокращение с апреля 2020 года, стало сужение спредов между Балтийским и Средиземным морями. Средиземноморский рынок для Urals сам по себе довольно ограничен — значительная часть грузов идет на нефтеперерабатывающие заводы, принадлежащие российским компаниям, и только часть доступного ежемесячного распределения попадает на сторонние НПЗ. При условии отсутствия серьезных рыночных потрясений или значительных капитальных ремонтов на нефтеперерабатывающих заводах практически каждый месяц на НПЗ ЛУКОЙЛа в Румынии и Болгарии отправляется 1-2 груза (суда идут в Констанцу и Бургас), такое же количество у турецкой TUPRAS, а итальянские нефтеперерабатывающие заводы привозят пару.

График 2. Котировки Urals Med относительно средиземноморских аналогов в 2020 г. (долл. США за баррель)

Более высокий уровень координации во многом отражает возросшее влияние Минэнерго России с точки зрения обеспечения соответствия требованиям ОПЕК + и подавляющее преобладание российских компаний в энергетическом секторе страны. Другие производители нефти, действующие в Средиземноморском регионе, будь то Казахстан с его флагманским потоком КТК или Азербайджан с его потоками BTC и Azeri Light, в гораздо большей степени зависят от других (иностранных) компаний в производстве своей нефти и, следовательно, оказались более ограниченными в обязательном порядке сокращение производства. В России, однако, Минэнерго рассчитало ожидаемое сокращение добычи на пропорциональной основе, взяв за основу своих обязательств долю рынка компаний (т.е. крупнейшая российская нефтедобывающая компания «Роснефть» сократила больше всего, а именно 34%).  Неудивительно, что нефтяные компании, в том числе и негосударственные, согласились присоединиться к сделке.

График 3. Экспорт Urals по портам погрузки (Приморск, Усть-Луга в Балтии / Новороссийск в Средиземноморье) в 2017-2020 годах (тыс. баррелей в сутки)

Если говорить о дисциплине российских обязательств ОПЕК +, то приверженность Москвы стабилизации рынков превзошла ожидания аналитиков. В отличие от предыдущих сделок ОПЕК +, на этот раз Кремль не требовал периодов свертывания на несколько месяцев и сумел сдержать свои обещания, несмотря на их решительный характер. В январе-апреле 2020 года общая добыча нефти в России колебалась на уровне 11,25-11,27 млн ​​баррелей в сутки, и именно в этот период (особенно в конце марта, нижней точке рыночных настроений в первом полугодии 2020 года) Urals накопила отрицательные рекорды, причем дифференциал Med Urals упал до -5,40 к датированной Brent, и все это в то время, когда цены на нефть упали ниже 20 за баррель. Не лучше дела у нефти Urals в странах Балтии: ее дифференциал по отношению к Dated Brent упал до минимума 21-го века -4,65.

Однако с апреля по май 2020 года России удалось снизить добычу почти на 2 Мб/с (с 11,29 до 9,358 баррелей в сутки) и удерживать добычу на требуемом уровне до августа (см. График 4). Несмотря на беспрецедентные обязательства, Россия все еще не достигла 100%-ного уровня соблюдения требований, что не стало более широко освещаемым в СМИ вопросом, во многом благодаря туманной статистике добычи нефти/конденсата. Официальные цифры, которые публикует Минэнерго России, представляют собой сумму произведенной нефти и конденсата, причем выраженную в метрических тоннах. Следовательно, расшифровка точного уровня добычи исключительно нефти в баррелях в день (поскольку на конденсат не распространяется действие ОПЕК +) является довольно сложной задачей.

Недавнее заседание Объединенного министерского комитета (JMMC) ОПЕК + 19 октября предоставило некоторое представление о текущей картине невыполнения Россией своих квот, которые обычно предполагаются где-то в районе 96-97%. Что касается добычи нефти без конденсата, российская квота ОПЕК + была установлена ​​на уровне 8,49 баррелей в сутки в мае-июле, увеличившись до 8,99 баррелей в сутки в августе-декабре 2020 года (и с этого момента до 9,5 баррелей в сутки до апреля 2022 года). Министр энергетики Александр Новак заявил, что Россия, как ответственный участник ОПЕК +, «всегда выполняла свои обязательства почти на 100%», и, похоже, у других членов нет проблем с этим. Судя по вторичным отчетам о производстве, в России за весь период с мая по июль производилось небольшое перепроизводство примерно на 70-80 тыс. баррелей в сутки, затем было меньше показателей августа, и в сентябре снова произошло перепроизводство.

График 4. Добыча сырой нефти в России в сравнении с производительностью НПЗ в 2019-2020 гг. (млн баррелей в сутки)

К чему все это привело? России еще предстоит привыкнуть к новой реальности производства менее 10 млрд баррелей в сутки, возвращая ее к быстро забытой реальности, существовавшей до 2005 года, то есть до появления российских ННК. В отсутствие каких-либо непредвиденных изменений среднегодовая добыча в России упадет на 9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года до 10,2 тыс. баррелей в сутки. Интересно, что российские нефтеперерабатывающие компании также столкнулись с падением объемов переработки, но в гораздо меньшей степени, на 5% в годовом исчислении с 2019 года. Снижение добычи таково, что, например, государственная компания «Газпромнефть» отменила свой ежегодный тендер 2021 года Baltic Urals. Экспорт стал более детализированным, а зачастую и менее диверсифицированным — Китай является хорошей иллюстрацией того, как быстро все может измениться.

Воспользовавшись резким падением цен на нефть и дифференциалом Urals, китайцы купили рекордно высокую тогда сверхдешевую Urals в апрельской программе погрузки (ежемесячно 25 грузов с совокупным объемом погрузки около 24 млн баррелей). Однако после июня 2020 года Urals полностью исчезла как покупаемый сорт у китайских нефтепереработчиков, июль-сентябрь был полностью пуст, а в октябре этого года был продан первый груз в Азиатско-Тихоокеанский регион. В 2019 году поставки сырой нефти в Индию были стремительно растущим бизнесом, а сейчас отправляется всего один груз Suezmax в квартал. Трансатлантические поставки в Соединенные Штаты упали в десять раз: в этом году на побережье Мексиканского залива США прибыло всего 4 судна (на общую сумму 1,7 млн ​​баррелей), в то время как в 2019 году было отправлено примерно 35 грузов на общую сумму 18 млн баррелей.

В дополнение ко всем факторам, указанным выше, ноябрь вызвал дополнительный уровень дефицита на Urals, гарантируя, что дифференциалы российского флагманского сорта останутся как минимум такими же высокими, как сейчас. Прежде всего, один из балтийских портов (Усть-Луга) с 7 по 16 ноября находится на ремонте, из-за чего нет возможности загружать грузы, в результате чего предварительная ноябрьская программа погрузки составляет всего 1,2 млн баррелей в сутки. Этот «контролируемый дефицит» нефти также смягчил медвежий настрой форвардов Urals — даже в горизонте января 2021 года как Средиземноморье, так и Балтийское море Urals будут выше, чем CFD на Dated Brent. Следовательно, есть все основания полагать, что Urals останется дорогим как минимум до конца года, поскольку исторически высокие дифференциалы могут стать новой нормой.

Елизавета Коробкова

Редактор ЭНЕРГОСМИ.РУ