Как российские металлурги могут заработать в мире после Covid-19

Россия входит в число крупнейших экспортеров стали в мире, поставляя ее по самым разным направлениям.

Однако спрос на сталь во всех регионах снизился, поскольку мир пострадал от Covid-19, и большинство производителей стали ощутили это на себе. В отличие от сталелитейщиков в других регионах, российские производители не простаивали, а расширяли техническое обслуживание и снижали загрузку мощностей, чтобы сократить выпуск продукции. Однако в будущем им придется решить, следует ли принимать более решительные меры по ограничению производства, в зависимости от их способности использовать свои конкурентные преимущества в издержках и возможности роста, которые предоставляют экспортные рынки.

Учитывая, что внутренний спрос на сталь, как ожидается, останется слабым в 2020 году, CRU полагает, что российские металлургические заводы будут увеличивать экспорт благодаря их выгодным ценам. Будет увеличен экспорт в ЕС с расширенными объемами квот, а также в Юго-Восточную Азию, где спрос, как ожидается, восстановится быстрее, чем в других регионах. Однако этого будет недостаточно для поддержания уровня производства в 2019 году, и производство в России сократится на 8% в годовом исчислении.

Даже в течение 2021 года российский спрос, как ожидается, не восстановится до уровня, предшествующего пандемии, и объем производства будет зависеть от экспортного спроса. Существует риск снижения экспорта в ЕС в конечном счете из-за возможного введения пограничных тарифов на углерод, которые могут быть практически введены в течение года. Однако продажи в Юго-Восточную Азию будут высокими, поскольку спрос там будет быстро расти. В результате чистый экспорт увеличится, и производство стали вернется к уровню до Covid-19 к концу 2021 года.

В 2019 году экспорт углеродистой стали из России сократился на 12% г/г, до 27 млн тонн, так как продажи на традиционные рынки, такие как Турция, Северная Америка и ЕС, резко упали. С другой стороны, экспорт в Азию вырос на 9%, при этом Тайвань оставался основным направлением и получал более 3,5 млн тонн сырья.

Российский экспорт в 2019 году сократился на 12% г/г. Российский общий годовой экспорт в топ-14 направлений, млн т

Общий объем экспорта был ниже по нескольким причинам. Во-первых, внутренний спрос на готовую металлопродукцию в России за год вырос почти на 10%, в то время как производство сырой стали практически не изменилось из-за уже высокой загрузки производственных мощностей. Это повысило премию на внутреннем рынке — для арматуры она составила 55 долл. США/т в 2019 г. по сравнению с 5 долл. США/т в 2018 г., а для HR-стали премия составила в 107 долл. США/т в 2019 г. по сравнению с 55 долл. США/т годом ранее. С высокими премиями производители, естественно, направляли больше материала на внутренний рынок, чтобы максимизировать прибыль.

Во-вторых, традиционные экспортные рынки для России сократились в течение года, поскольку Турция столкнулась с экономическим спадом, а экспорт в ЕС был ограничен защитными мерами. В США проблема была двоякой: спрос конечного потребителя упал, в то время как местные сталеплавильные мощности были увеличены после введения тарифов по разделу 232, что частично компенсировало потребность в импорте. Это привело к снижению общего объема импорта стали, в том числе на 28% — импорта из России.

Внутри страны строительный сектор продемонстрировал особенно высокие показатели, стимулируемые законодательными изменениями в отношении того, как компании могли бы привлекать деньги для новых проектов. По данным Росстата, в 2019 году жилищное строительство выросло на 5% в годовом исчислении. В то время как жилищное строительство в основном поддерживало спрос на сортовой прокат, сильное инфраструктурное строительство увеличивало спрос на сортовой прокат, лист и плиту.

Внутренние надбавки в России были на рекордно высоком уровне в 2019 году. Ежемесячная надбавка по арматуре и HR-стали на внутреннем рынке, $/т
Российские заводы сократили выпуск продукции в первом квартале во время планового технического обслуживания

В начале 2020 года было объявлено, что российское производство стали сократится в течение первого полугодия из—за ремонтных работ на нескольких заводах, в том числе масштабного технического обслуживания на крупнейшем в России заводе листового проката ММК. По оценкам CRU, с марта объем производства на ММК сократится на 2,5 млн тонн. Рынок быстро оценил новости о снижении предложения листового металла, и некоторое пополнение запасов произошло в течение обычно спокойного периода 1 квартала. Это поддержало российские цены в первом квартале и привело к высокой марже в течение всего периода (см. диаграмму). Учитывая, что Россия производила продукцию на высоких мощностях, экспорт должен был упасть, так как заводы перенаправляли продажи на более прибыльный внутренний рынок. Таким образом, общий объем российского экспорта стали в первом квартале сократился почти на 8% г/г, и ~70% этого сокращения было обусловлено снижением экспорта листа и слябов.

Недорогие российские заводы имеют преимущество во время экономического спада

Пандемия Covid началась в первом квартале, что привело к снижению нормальной экономической активности и снижению мирового спроса на сталь. Пострадали крупные экспортеры, такие как Россия, причем с марта экспорт сократился. Однако у российских производителей очень низкая себестоимость, что делает их продукцию высококонкурентной на экспортных рынках. Сталелитейщики в стране выигрывают от экономии на масштабе и, хотя многие из них также вертикально интегрированы в сырьевые отрасли, все они выигрывают от структурно более низких внутренних цен на сырье. По сравнению с некоторыми другими регионами, российские заводы также имеют преимущество в более низких ценах на рабочую силу, электроэнергию и топливо. Российский рубль, который можно рассматривать как источник риска и волатильности, также может быть выгоден, поскольку его обесценивание снижает рублевые издержки.

Во время экономического роста и в периоды высоких цен более низкие издержки означают более высокую маржу. Во время спада, подобного тому, в котором сейчас находится мир, многие из вышеперечисленных факторов могут благоприятствовать российским заводам (например, низкие цены на энергоносители, обесценившийся рубль и т. д.) закрепить свои позиции на кривой издержек. Это означает, что российские заводы могут устойчиво снижать свои цены в большей степени, чем конкуренты на экспортном рынке, чтобы сохранить свою долю рынка.

Российские заводы находятся в нижней части кривой издержек. Общие затраты на HR-сталь, глобальные, $/т, 2020
Введение квот на отходы приведет к временному снижению затрат

Лом является одним из видов сырья, которое легко доступно внутри страны и обеспечивает конкурентные преимущества российским производителям. Однако в настоящее время российское правительство рассматривает возможность изменения структуры рынка лома. CRU считает, что предлагаемые изменения позволят снизить затраты на выплавку стали на начальном этапе, но в долгосрочной перспективе окажутся пагубными.

Россия является ключевым экспортером лома, отгружая в среднем 5,2 млн тонн в год за последние пять лет. В конце 2019 года, после четырехмесячного эксперимента с квотами на лом, российское правительство объявило о намерении ограничить экспорт лома либо введением «биржи лома», либо продлением квот. Очевидно, что это решение было лоббировано некоторыми местными сталелитейными заводами, стремящимися сохранить высокую доступность материалов. Однако в настоящее время нет единого мнения о том, какими именно будут эти меры.

Если изменения в структуре рынка лома все же произойдут, то, скорее всего, экспорт лома будет ограничен, и это должно привести к снижению цен на лом в краткосрочной перспективе, что повысит общую конкурентоспособность сталелитейного сектора с точки зрения затрат. Однако в долгосрочной перспективе CRU ожидает, что более низкие цены на металлолом снизят экономический стимул к сбору, транспортировке и переработке лома, ограничивая доступность поставок и потенциально приводя к дефициту. В конечном счете, ограниченное предложение и постоянный спрос со стороны отечественных производителей должны повысить цены на металлолом, но тогда заводы столкнутся с меньшим количеством материала, из которого можно будет выбирать.

Хотя такая политика и даст российским металлургам преимущество в издержках, поскольку цены на лом временно снизятся, в долгосрочной перспективе она будет иметь негативные последствия.

Российский спрос упал на 28% в годовом исчислении во втором квартале

До начала пандемии российский ВВП, по прогнозам, должен был вырасти на 1,6% г/г в 2020 году из-за ожидаемых сильных показателей строительного и инфраструктурного секторов, а также потенциала для восстановления отечественного автопроизводства. Эти надежды были быстро уничтожены значительным сокращением экономической активности с марта по май, когда Россия находилась в состоянии блокировки, а промышленное производство было ограничено в некоторых регионах. Официальной статистики за второй квартал пока нет, но CRU ожидает, что ВВП во втором квартале упадет на ~9,5% г/г, в то время как годовой ВВП, как ожидается, упадет на 5% г/г.

Такое снижение экономической активности влечет за собой резкое падение внутреннего спроса на сталь, и, по июньским оценкам CRU, Россия потеряет 28% г/г от общего спроса на готовую сталь во втором квартале. Во многих странах, например в Китае, Японии, Германии и США, снижение спроса сопровождалось простоем активов, так как отрицательная маржа побуждала производителей сокращать предельные продажи и минимизировать убытки. В России производство уже было снижено из-за технического обслуживания на ММК, и еще больше сокращений произошло из-за того, что техническое обслуживание было перенесено на другие заводы или из-за более низкой загрузки мощностей. Это позволило производителям в России избежать простоя мощностей при одновременном сокращении выпуска продукции. Однако, в то время как спрос во втором квартале, как ожидается, упадет на 28%, производство, как ожидается, сократится только на 20% в годовом исчислении.

Этот ответ означает, что российский рынок стали был и остается перенасыщенным, а избыточное производство будет продолжать оказывать давление на внутренние цены и рентабельность; что возвращает нас к вопросу: смогут ли российские производители расширить экспортные продажи или они будут вынуждены продолжать сокращать производство?

Пересмотренные квоты ЕС создают некоторые возможности для роста российского экспорта после Covid-19

По состоянию на июнь Россия сняла режим самоизоляции, и нормальная экономическая активность может продолжаться, но только умеренная и запоздалая государственная поддержка граждан и бизнеса, вероятно, приведет к росту безработицы, банкротствам и снижению совокупного потребления. В этих условиях экспортный рынок будет играть большую роль для российских производителей стали, и, чтобы избежать дальнейшего сокращения объемов производства, российским заводам необходимо будет расширить свое присутствие на экспортных рынках.

ЕС является единственным крупнейшим рынком экспорта стали в России, и продажи в этот регион составили четверть от общего объема экспорта в 2019 году. Российский экспорт в ЕС в 2020 году будет зависеть как от конечного спроса в регионе, так и от существующих торговых защитных мер.

За последние несколько месяцев спрос на готовую сталь в Европе упал до самого низкого уровня за последние десять лет, поскольку европейские экономики были вынуждены принять ограничительные меры для борьбы с Covid-19. Пандемия в первую очередь затронула производственную деятельность в автомобильном и машиностроительном секторах, в то время как строительная деятельность развивалась сравнительно лучше. Таким образом, европейский спрос на длинные позиции в этом году незначительно лучше, чем спрос на листы. CRU ожидает, что спрос на сталь начнет постепенно восстанавливаться в третьем квартале 2020 года, поскольку Европа ослабляет свои ограничительные меры и секторы потребления стали становятся более активными. Однако до конца года темпы роста будут оставаться относительно низкими, а спрос значительно возрастет только с 2021 года.

Учитывая изменение обстоятельств, Европейская комиссия пересмотрела свои защитные квоты на период с 1 июля и далее и, вопреки ожиданиям многих участников рынка, объемы квот не были сокращены, несмотря на падение спроса из-за Covid-19. Фактически общие объемы по арматуре, стержню и проволоке будут увеличены на 3%, установленные при более раннем пересмотре квоты на период с 1 июля 2020 года по 30 июня 2021 года. В последний квотный год, с 1 июля 2019 года по 30 июня 2020 года, Россия заполнила свои квоты на арматуру, катанку и проволоку, следовательно, увеличение на 3% пойдет на пользу этим группам продукции.

Более структурные изменения были внесены в квоту HR-стали, которая была преобразована в серию квот для конкретных стран, но российский экспорт HR-стали в 2019 году был ниже, чем теперь позволит обновленная квота 2020-2021 годов. Это означает, что российские заводы получат возможность экспортировать даже больше, чем они имели исторически, учитывая, что некоторые российские конкуренты на экспортном рынке, особенно Турция, имеют дело с гораздо более жесткими объемами квот.

ЕС предложит ограниченные возможности для увеличения экспорта.
График 1. Исторические объемы импорта HR-стали в ЕС по сравнению с новыми квотами по конкретной стране,%.
График 2. Окончательный статус российских квот ЕС по продуктам,%.
Увеличение экспорта в Турцию, однако, не вариант

Турция является еще одним крупным экспортным направлением для российских заводов, и в 2019 году страна импортировала 3,4 млн тонн российской стали — в основном листовой продукции. Такой высокий импорт создает сильную конкуренцию турецким производителям на их внутреннем рынке. Недавнее состояние экономики и политическая нестабильность привели к падению спроса конечных потребителей, что сократило возможности для российских экспортеров, а вспышка Covid-19 еще больше уменьшила их.

Хотя CRU ожидает, что Турция восстановится более быстрыми темпами после Covid-19 по сравнению с другими европейскими странами, это восстановление происходит с более низкой базой, поскольку страна выходит из рецессии. Однако Турция сама является важным поставщиком стали в ЕС, и ограниченные экспортные возможности там — теперь еще более сокращенные после пересмотра квот — уже заставляют турецкие заводы работать с более низкими темпами загрузки мощностей.

В условиях такого низкого спроса и ограниченной торговой среды CRU ожидает, что спрос на турецкую сталь будет в основном обслуживаться внутренним производством, поскольку заводы, скорее всего, снизят свои цены, что подорвет потенциальную привлекательность рынка даже для дешевого импорта.

Рост российского экспорта будет поддерживаться сильным азиатским спросом

Азия становится все более важным экспортным направлением для России с 2016 года, поскольку другие рынки ввели защитные меры, которые повлияли на российский экспорт (например, США S232, антидемпинговые пошлины в ЕС), а в 2019 году экспорт в Юго-Восточную Азию вырос более чем до 5,5 млн. Таким экспортным показателям способствовал как быстрый рост спроса на сталь в Азии, так и падение цен на нефть, что удешевило грузоперевозки и сделало российский материал более конкурентоспособным по цене.

Еще одной причиной быстрого роста экспорта в Азию является более низкая конкуренция со стороны Китая — ранее основного экспортера на этот рынок. Снижение экономической конкурентоспособности Китая, сильный внутренний рынок и реформа его сталелитейного сектора со стороны предложения сократили объемы китайского экспорта, помогая российским и индийским заводам завоевать более высокую долю рынка.

В настоящее время Юго-Восточная Азия является желательным рынком для многих производителей во всем мире, включая Россию, поскольку спрос там восстанавливается быстрее, чем в Европе или Турции. Однако конкуренция между экспортерами в регион, вероятно, будет расти, поскольку как традиционные поставщики в Юго-Восточную Азию, такие как Япония, так и новые, такие как Россия, испытывают проблемы на своих внутренних рынках и поэтому стремятся расширить продажи. Несмотря на жесткую конкуренцию, российские производители, которые очень конкурентоспособны с точки зрения затрат, находятся в хорошем положении, чтобы обеспечить себе долю рынка в регионе и сохранить прибыльность.

Азиатский и турецкий спрос на сталь будет восстанавливаться более быстрыми темпами. Изменение годового спроса на готовую сталь по регионам.

В 2020 году российский спрос будет низким, но производство, которое сократилось на 20% во втором квартале, увеличится, отчасти потому, что большая часть падения может быть связана с обслуживанием ММК. По мере возобновления работы этого завода рынок будет переполнен, и вопрос о том, нужно ли другим предприятиям сокращать выпуск, будет зависеть от способности производителей расширять экспорт.

По мере того как европейский спрос будет медленно восстанавливаться к 2020 году, мы увидим, что Россия поднимет экспорт в ЕС, в то время как экспорт на турецкий рынок не будет вариантом. Основные возможности для увеличения экспорта находятся в Азии, и благодаря своей структуре издержек Россия находится в хорошем положении, чтобы завоевать значительную долю рынка.

Слабость российского внутреннего рынка, однако, не ограничивается 2020 годом и сохранится до 2021 года и далее. В то время как рост спроса в Азии будет оставаться сильным, что сделает рынок Юго-Восточной Азии еще более важным, возможности для экспорта в ЕС будут подорваны при условии введения пограничного тарифа на углерод.

Пограничные тарифы на выбросы углерода угрожают российскому экспорту в ЕС

Схема торговли выбросами ЕС коренным образом меняет экономику производства стали в Европе, снижая прибыльность и конкурентоспособность импорта для производителей ЕС. Цена на углерод в ЕС остается устойчивой в 2020 году, составляя в среднем 22 евро/тCO2, несмотря на резкое падение цен на ИС и энергоносители.

В этом контексте ЕС планирует ввести налоговую корректировку углеродных границ (CBTA) — тариф, взимаемый с выбросов углерода, воплощенных в импортируемых товарах в ЕС, — чтобы «выровнять игровое поле» и обеспечить, чтобы импортируемые товары подвергались тем же углеродным издержкам, что и производители ЕС. Такие меры имеют значительный потенциал для перекраивания конкурентного ландшафта и создания как угроз, так и возможностей для российских производителей, но их конечное воздействие трудно предсказать и существенно зависит от специфики политики.

Одной из предлагаемых мер по внедрению CBTA является взимание платы с импортеров на основе единого общепроизводственного ориентира. На приведенной ниже диаграмме показана интенсивность CO2 производства HR-стали для 10 крупнейших экспортеров в ЕС. В среднем российские заводы производят HR-сталь с более высокой интенсивностью CO2, чем средний производитель ЕС, и если бы тариф был применен на основе этой относительной интенсивности, российские производители были бы оштрафованы в целом, но меньше, чем экспортеры из Китая и Украины. Российские производители, которые могут снизить CO2-интенсивность своего производства стали и/или перенаправить уже низкоинтенсивную CO2-сталь на рынок ЕС, могли бы улучшить свои конкурентные позиции в рамках этого предложения CBTA.

Способность измерять углерод, содержащийся в международном производстве металлов и горнодобывающей промышленности, также является ключевым вопросом, и для управления CBTA потребуется набор надежных технических критериев. Детализация и точность этих правил политики будут иметь ключевое значение при определении воздействия любых тарифов на основе углерода. Могут ли такие правила учитывать, например, неоднородные интенсивности выбросов углерода на рынках или они будут определяться на уровне рынка? Особенно сложная проблема возникает на нисходящих рынках (напр. бытовые приборы, транспортные средства), где исходное сырье может быть более сложным, гибким и непрозрачным. Например, Россия является основным экспортером полуфабрикатной стали, такой как заготовка, в Турцию, где она затем прокатывается до готовой стальной продукции (т.е. арматуры) перед экспортом в ЕС. Рыночным уровнем, определяющим тарифы, мог бы стать уровень производства полуфабрикатов из России.

Давление на страны с более высокой интенсивностью выбросов CO2 может оказать со стороны CBTA.
Ось Y: интенсивность CO2 для листовой стали, тCO2 / т листовой стали
Ось X: экспорт листового проката в ЕС, 2018 г., тонн
Скорость восстановления мирового спроса задаст тон российским производителям стали

Российские заводы резко сократили выпуск продукции во втором квартале как за счет планового технического обслуживания, так и за счет снижения загрузки мощностей, что характерно. То есть российские сталелитейные компании обычно не тратят время на бездействие — для большинства производителей это обычный способ снизить объемы производства во время острого кризиса. Однако, поскольку ММК планирует возобновить свою деятельность, рынок будет переполнен. Это может привести к закрытию других участников рынка, если экспорт не будет отменен.

CRU ожидает, что Россия сможет в некоторой степени поднять экспорт стали в 2020 году, увеличившись с низких уровней, наблюдавшихся в 2019 году. Российские заводы имеют некоторые возможности для увеличения экспорта в ЕС и могут получить большую долю рынка в Азии, но другие рынки, такие как Турция, будут менее жизнеспособны. В результате ожидается, что чистый экспорт России вырастет на 15% г/г в 2020 году, но этого будет недостаточно для поддержания российского производства на уровне 2019 года, поэтому в ответ производство готовой стали упадет на 8% г/г.

В среднесрочной перспективе Россия столкнется с еще большими трудностями. Российский спрос восстановится до уровня 2019 года до 2021 года, поэтому уровень производства будет сильно зависеть от экспортного спроса. Возможность введения углеродного пограничного тарифа в ЕС — крупнейший экспортный рынок России — с 2021 года, как ожидается, снизит конкурентоспособность российских металлургов в случае их реализации. Еще одним фактором является возможное введение ограничений на экспорт лома, которые, как ожидается, также негативно скажутся на стоимостном положении российских производителей стали.

Тем не менее, чистый экспорт России вырастет на 18% г/г в 2021 году, в первую очередь за счет увеличения экспорта в Юго-Восточную Азию, где рынок продолжит расти, добавив 13% г/г спроса на сталь в соответствии с прогнозами CRU. Такое увеличение объемов экспорта позволит российскому производству вернуться к уровню 2019 года, предшествующему пандемии, в течение 2021 года.

Елизавета Коробкова

Редактор ЭНЕРГОСМИ.РУ